Как евреи отпраздновали шаббат вместе с президентом Пакистана

Йоав Фрумер, "Маарив", 26.08.2008

Ночь на 17 сентября 2005 года президент Пакистана Первез Мушарраф не забудет до конца своей жизни. Не каждый день глава исламской ядерной державы пробует халу на субботней трапезе, в окружении десятков евреев – американцев и израильтян. Это событие состоялось в отеле "Мариот" на Манхеттене.

Отметим, что для пакистанского президента принять приглашение Американского еврейского конгресса было равно подписанию смертного приговора самому себе. И тем Мушарраф откликнулся на приглашение, невзирая на возможную реакцию исламских радикалов. Хотя пакистанский президент и не потворил поступка Анвара Садата, прибывшего с визитом в Израиль, однако он близок к этому шагу.

Пакистан – это родной дом "Аль-Каиды", цитадель исламского фундаментализма и один из центров мусульманского антисемитизма. Публичное появление президента этой страны, вместе с евреями, включая израильтян (субботний прием на Манхеттене был освещен ведущими телекомпаниями) было явным вызовом.

В Пакистане не забыли этого празднества. Встреча субботы в компании с евреями не была, возможно, основной причиной бурной радости пакистанцев, высыпавших на улицы после известия об отставке генерала, однако противники Мушаррафа не преминули напомнить о ней. И пока в Пакистане радовались, в Израиле, наоборот, предавались печали. Еврейское государство потеряло настоящего партнера в мусульманском мире.

В 80-х годах, когда американский конгрессмен Чарли Уилсон (герой книги и фильма "Война Чарли Уилсона") начал кампанию за вооружение афганских моджахедов, он обратился к тогдашнему президенту Пакистана, Зия уль-Хаку, с предложением поставить им израильское оружие. Пакистанский лидер согласился, но при одном условии: на оружии не должно быть никаких опознавательных знаков, свидетельствующих о стране производства. Точно также вели себя и другие предшественники Мушаррафа, которые боялись даже взглягуть в сторону еврейского государства, не говоря уже о публичных контактах.

Мушарраф выбрал другой путь. Он не раз публично заявлял о том, что у Пакистана с Израилем "нет никаких споров". Пакистанский президент также признал факт Катастрофы и без всякого стеснения называл мусульманский терроризм "болезнью ислама". Хотя он обусловил нормализацию в отношениях между нашими странами решением палестинского вопроса, однако паксиатнский лидер говорил, что это "всего лишь вопрос времени". Шарона он называл "мужественным человеком, великим солдатом и решительным лидером".

Когда в 2005 году Мушаррфа встретился с Шароном в штаб-квартире ООН, он без всяких колебаний обменялся рукопожатием с израильским премьером. В январе этого года пакистансий президщент тайно встретился в Париже с министром обороны Израиля Эхудом Бараком.

Точно так же, как Садат и иорданский король Хусейн, Мушарраф понял, что для того, чтобы сделать свою страну полноправным членом международного сообщества и вывести ее их экономического тупика, нужно избавиться примитивной ненависти, которой оказались охвачены определенные круги в исламе. Судя по всему, генерал ощущал некую общность судьбы с еврейским государством, в противоборстве с радикальным исламом.

	История наших бедствий и не только. Лев Поляков. История антисемитизма. В 2 томах.
	О сериале "Тяжелый песок" и романе Рыбакова "Рахиль"
	Еврейские памятники Восточной Европы
	«Теперь толкуют о деньгах» - Евреи и деньги. Все, о чем вы хотели знать, но считали неполиткорректным спрашивать.
	Трудности перехода

Загрузка...

Загрузка...